- Тебе нравится? - спросила она у меня, наблюдая, как я начал вводить и выводить её стопу из своего рта, каждый раз, стараясь, вести её как можно глубже.
- Да, - сумел сказать я, на секунду лишив себя вкуса её ноги.
- Хорошо, - кивнула Катька, щекоча пальцами мою гортань. - Я буду делать это с тобой...- она запрокинула голову от наслаждения. - Когда захочу...- она отняла у меня свою ножку, встала и направилась обратно, туда, откуда началось моё унижение. Там стоял её синенький рюкзачок, из которого она извлекла обыкновенную белую тетрадку, на которой красивым почерком было выведено: "Алгебра", бросила её на стол, затем глянула в мою сторону, ухмыльнулась, и направилась к дверям, где обула свои зелёные кроссовки, ещё раз усмехнулась в мою сторону и, щёлкнув дверным замком, вышла.
2.(Как я утвердился в роли раба...)
Закончился урок, я сдал свою работу, что аккуратно была подогнана из копии, той самой тетрадочки, которая досталась мне весьма необычным путём, сладко потянулся, с чувством выполненной работы и хорошего настроения направился вон из класса. Я закончил делать контрольную вторым, первым её сделала Катька, что, победоносно оглядев класс, уже десять минут, как покинула помещение, где старательно сопели двадцать её одноклассников. Двери выпустили меня, я вышел в коридор и увидел там её, дико хорошенькую отличницу, что была в синих джинсах и лёгкой белой футболке, на стопах же её покоились туфли на высоком каблуке, что выпускали наружу два её пальца, которые выглядывали из небольшого разреза на носке обуви.
- Ну, как? - поинтересовалась Катька, улыбаясь так, как она улыбалась тогда.
- Нормально, - пожал я плечами и хотел было пройти мимо, как она вдруг отрезала:
- Стой! - крепкие пальцы её схватили меня за ладонь, и с неженской силой она поволокла меня за собой, однако, я оказал сопротивление, после чего она остановилась и, удивлённо глянув мне в глаза, сказала:
- Тебе же понравилось...
- Мне была нужна тетрадь, - сказал я ей то, чем уже какой день утешал себя, пытаясь увериться, что всё что я там делал, я делал исключительно ради заветной тетради, и уж, конечно, я не находил какой-то сексуальной прелести в поцелуях её ног и промежности, однако, в душе я чувствовал, что это не так, что кроме желания приобрести эту тетрадь, было и что-то тайное, что заставило меня второй раз взяться за её горячие пятки.
- И только? - глядела Катька мне в глаза.
- Да, - уверенно сказал я.
- Значит, ты не будешь? - прищурив око, вопрошала она.
- Это, нет! - твердо заявил я.
- Подумай, Миша! - нехорошо процедила она. - Я могу ведь кое-чем поделиться с твоими друзьями...Рассказать им о том, как ты собирал грязь с моих ног, как ты сосал у меня тут, - она ненадолго положила мою руку на свой джинсовый лобок. - Помнишь это?
- Помню, - похолодев, выдавил я. - Но ты же обещала...Мы же договаривались...
- Мало ли что, - пожала Катька плечами. - Ну?! - она сильно сжала мою руку.
- Я...- я не знал, что сказать. - Так не честно...
- Может быть, - согласилась она. - Можешь рассказать о кому-нибудь о моей нечестности...Думаю, друзья тебя поймут...
Я молчал. Катька посмотрела мне в глаза, где не читалось ничего, кроме тупой безысходности, которую она расценила, как знак своей победы и рывком продолжила наше путешествие. Мы поднялись с первого этажа на второй, там мы долго шли по длинному коридору, чтоб вконец остановиться возле крашенной в белое двери, что слегка была приоткрыта, содержала на себе букву "Ж" и выпускала на волю назойливый туалетный запах.
- Это женский, - машинально сказал я, находясь в замешательстве.
- Знаю, - кивнула она и втащила меня внутрь. По всей школе в это время шли уроки, а потому выложенное скучной белой плиткой небольшое помещение было пусто, у всех кабинок, а было их три, были распахнуты двери, за которыми весело журчали унитазы. Одну из этих кабинок мы и заняли. Катька отделила нас от внешнего мира щеколдой, что противно скрипнула, затем посмотрела мне в глаза и настойчиво попросила:
- На колени, Миша, - она улыбнулась. - Может быть, это будет последний раз, ладонями она вцепилась мне в плечи и насильно уронила меня на холодный белый кафель, в результате чего, из-за узости кабинки, я оказался очень близко от молнии на её джинсах.
|
BDSM