Время шло, но Ами так и не решалась прояснить ситуацию. Она все глубже зарывалась личиком в волосы Макото, красиво спадающие на плечи и спину, и тихонько всхлипывала. Макото почувствовала, что ее футболка уже сырая от слез. Это побудило ее предпринять хоть какой-нибудь шаг.
- Ну, успокойся, зайчик. Давай продолжим - я тебе расскажу про Рей.
- Угу..., - на большее Ами не хватило.
- Ну, вот. Видишь ли, однажды, когда наш старый учитель географии ушел на пенсию, нового учителя никак не могли найти. Поэтому сделали запрос по всей стране и нашли мисс Акиноко. Она, во-первых, молодая. А, во-вторых, оказалось, что она уже преподавала в школе для девочек. Рекомендация, на удивление, у нее была очень хороша, но ты и сама помнишь - какая она была, поначалу, злая и придирчивая.
- Да, помню. Она еще сказала, что никто из нас не знает географии и что она с нас живых не слезет.
- Правильно. А потом она вдруг изменилась. Стала добрая, к каждому подходила, говорила, что поможет во всем разобраться. - Макото немного освоилась с ситуацией. Ее рука стала гладить Ами по головке, а ногой она стала чуть раскачивать девочку, наподобие, как укачивают маленьких детей.
- Точно. Она даже всех двоечников подтянула. И улыбается всегда. А причем же здесь Рей?
- Ами поддерживала разговор, но актриса она была плохая, и было видно, что не этот вопрос висит у нее на язычке.
- Слушай, Ами. Может, мы поговорим о тебе, а не о Рей. Ты что-то держишь в себе. У тебя все нормально? - Макото, наконец, решилась прервать бесполезный рассказ. - Давай, маленькая, вздохни и объясни мне, в чем дело?
- А ты не обидишься? - Ами впервые, после перемещения на колени подружки, подняла заплаканные глаза.
- Что ты, киска? На тебя разве можно обижаться?
Ами сглотнула. Голос был неуверенный, очень тихий, но видно Ами переборола себя и теперь смотрела на Макото неотрывно.
- Макото! Я хочу задать тебе вопрос. Ответь, пожалуйста. Только честно. Обещаешь не смеяться?
- Обещаю! - Макото по глазам девочки поняла, что речь идет о чем-то очень серьезном.
- Скажи, Мако. Тебе кто-нибудь признавался в любви? - Ами ждала ответа, смотря прямо в рот Макото.
- Ннну-у, да - один раз. - У девушки отлегло от сердца - судя по вопросу, Ами никто не насиловал.
- А кто?
- Ами, я не хотела бы тебе это говорить. Просто с этим человеком я больше никогда не виделась и не увижусь. К тому же, он мне тоже нравился и мне тяжело вспоминать..., - Макото вспомнила своего возлюбленного, но не дала волю чувствам, и сосредоточилась на разговоре.
- Ну, ладно. Не говори. Скажи, только, сейчас ты кого-нибудь любишь?
- Да, вроде - нет. Если ты конечно не имеешь в виду маму, папу и вас четверых. Вас я люблю как сестер. - Макото совершенно запуталась. Она уже подумала, что сейчас придется учить Ами признаваться в любви или как вести себя, когда тебе признаются. Но что-то не клеилось. Что-то говорило Макото - не это интересует Ами, сидевшую у нее на коленках.
- То есть, сейчас, у тебя никого нет?
- Нет.
- А то, что было сегодня ночью - это серьезно? - спросила после небольшой паузы Ами, словно внезапно вспомнив увиденное утром, - я про Бани.
- Я не совсем понимаю, какой смысл ты вкладываешь в слово "серьезно", но, наверное, ответ
- нет. - Макото вспомнила, как она хитростью соблазнила Бани. О серьезности тут даже речь не идет. Толи от воспоминаний, толи от сидящей на коленях Ами, между ног стало чуть влажно. Макото даже прониклась какой-то странной нежностью к подружке. Она уже давно не задавалась подобными вопросами. О любви не задумывалась. Не искала ее. А вот Ами задумывается. В конце концов, не важно - в кого она влюбилась. Важно, что она умеет любить.
Заплаканное лицо Ами смягчилось, и она даже смогла улыбнуться. Улыбка получилась мягкой и нежной. Макото чувствовала, что девочка улыбалась от всего сердца.
- Мако. Можно я задам еще один вопрос? Последний.
- Ну, давай! - Макото уже и саму волновал этот диалог. Она зажигалась. Вместе с тем, зажигалась и вишенка клитора под желтенькими трусиками. Макото чувствовала, что что-то сейчас произойдет. Она уже даже догадывалась - что. Пися текла теперь вовсю и остановить это было уже не возможно.
|
Лесби