- Получается, ты сама на него с ножом бросилась?
- Не на него, а на его подружку. Представляешь, мы жили с ним вместе больше года, а он приводит в дом какую-то наглую девку и требует, чтобы я убиралась!
- Подлец...
- Еще какой! Утверждает, что я ему изменила. Застал меня наедине с Юликом, своим приятелем, а между нами ничего и не было.
- Юликом? - Никита удивленно поднял глаза на Текилу.
- Да. Ты что, знаешь его?
- Нет, - сделал равнодушное лицо Никита, почему-то решив не выдавать свое знакомство с этим прохиндеем. - Просто имя странное: как у женщины. Первый раз такое слышу.
- Подумаешь, я была без трусов, - продолжала сокрушаться Текила, - я переодевалась. Разве это повод обвинять меня черт знает в чем?
- Конечно, нет - невозмутимо согласился Никита, - дело житейское.
- Да если бы он знал, сколько у меня было любовников! И я никому не изменяла! Я же знаю, что моя измена - это только повод. Просто они нашли новых баб для развлечений, а кроме нашей квартиры их некуда было поселить. А я им мешала.
- Постой, они разве не поссорились после случая с тобою?
- С какой стати! Они по таким пустякам не ссорятся. У них вообще странные отношения. Делят все пополам: и бизнес, и квартиру, и баб.
Самолетова очень заинтересовала эта история; к тому же, ему хотелось как можно больше узнать о личности Юлика, и он продолжил задавать наводящие вопросы:
- Никогда не поверю, что другая девушка, оказалась лучше тебя.
- В том-то и дело! Они вытащили из тюрьмы каких-то русских вертихвосток и думали, что теперь те из благодарности будут с ними спать.
- Подожди, прямо какая-то детективная история! А кто эти девушки и как они попали за решетку?
- Да откуда я знаю! Мне это абсолютно безразлично. Главное, что Кевин меня бесстыдно предал.
В глазах Текилы показалась предгрозовая краснота: похоже, она и вправду пережила горькое разочарование.
- Вот всегда у меня в жизни так, - горько вздохнула она. - Кажется, что вот, наконец, нашла близкого человека; жизнь приобретает смысл и порядок. А в один прекрасный день тебя выставляют на улицу, и ты остаешься совершенно одна, без крыши над головой, и даже некому пожаловаться на свою судьбу.
Она сделала ударение на слове "некому", при этом красноречиво посмотрев на Самолетова. У него в голове сразу мелькнула мысль, которая не могла не возникнуть после такого взгляда. А именно: "Господи, как хочется пожалеть и взять под свою опеку эту девочку с полностью отшитой головой! Может быть, ты, Господи, специально посылаешь мне замену того, что я недавно утратил?"
- Никому я не нужна, - продолжала сетовать девушка, словно выпрашивая у Никиты соболезнование и сочувствие, - отовсюду меня выгоняют. Вот и сейчас я лечу в Москву, а мне там даже негде жить.
Последняя фраза несколько насторожила Никиту слишком прямолинейным намеком, к чему бы это она могла клонить.
- Разве у тебя не осталось родственников в Москве? - спросил он.
- Почему же, у меня их там полно. Особенно на Новодевичьем кладбище.
Никита поежился.
- А родители твои где? - спросил он, приготовившись услышать печальную и, не исключено, выдуманную историю.
- Вообще-то в Москве у меня живет отец, - Текила невесело улыбнулась, - но у него давно другая семья, так что меня там не особенно ждут.
- А мать?
- А мать живет в Америке, у нее тоже другая семья. Туда меня хотя и зовут, но тоже вряд ли ждут.
- Постой, но в Москве ты же где-то прописана?
- Не знаю, никогда не интересовалась этим. Наверное, в своей собственной квартире я и прописана.
- Ничего не понимаю, -отчего-то Никита тем меньше верил своей попутчице, чем больше она о себе рассказывала. - Если у тебя есть квартира в Москве, почему ты не можешь в ней жить?
- Да потому что отец сдает мою квартиру другим людям.
- Как это?
- Мой папа - профессор математики в университете, - страдальчески, как будто это самое большое горе в их семье, стала объяснять Текила. - Но там платят так мало, что жить он может только на деньги от моей квартиры.
- А как же ты?
- Я же не могу обрекать собственного отца на голодную смерть!
|
Случайный секс